Working with Interviews
and Archive Files
The Bridge Team values the use of technology in social and humanities research, which is why we have prepared a practical guide to tools for working with interviews and other archive material (both audio and video files) whether they're hosted online (e.g., YouTube) or sitting on your own computer. The focus here is on getting a usable transcript of what was said, not on visual analysis of the footage.
Example
Below is a transcript of an excerpt from an interview with Vera Prokhorova, in which she recounts Vera Trail’s meeting with Nikolai Yezhov, the People’s Commissar of Internal Affairs. Transcriptions like these can be translated and used for further research. The original interview was taken from the Oral History Foundation's website (oralhistory.ru).

Вера Ивановна Прохорова: Возвращенцы! Они получили здесь паспорта, а Вере паспорт почему-то не давали, русский. Она страшно возмущалась. Да, когда она приехала, был, наверно, 38-й, уже ежовщина в полном разгаре.
Дмитрий Борисович Споров: Посадки.
В.П.: Вера была в положении, должна была родить. Она узнает, что Мирский арестован. Тогда Вера с напором абсолютным, который ей только свойственен, с темпераментом... Она интересная была, немножко ниже меня, приблизительно моего роста, очень хорошая фигура...
Д.С.: Высокая, значит.
В.П.: Спортивная очень фигура, чудесные глаза чуть-чуть раскосые, крупный рот, зубы замечательные, неправильные черты лица. Она страшно на отца похожа. Конечно, весь заряд этот у Веры был абсолютно.
Д.С.: Гучковский.
В.П.: Гучковский, да. Она добивается свидания с Ежовым. Слушай, сейчас какой-то дурацкий сценарий появился, я даже читала, как она встречалась с Ежовым, — ну ни одного слова правды нет!
Д.С.: Вот скажите.
В.П.: Вот я и рассказываю! Вера наконец получает разрешение встречи с Ежовым. Вера уже на последнем месяце беременности. Но она хочет обязательно русский паспорт, представляешь. Насколько непонимание всего еще вот этого? Какой идеализм. И главное — борьба за Мирского. Она очень забавно рассказывала, как через три или четыре полных контроля она прошла. Ее обыскивали, осматривали, наконец — в кабинет Ежова. Он очень маленького роста, а Вера высокая очень и с большим животом. «И он вокруг меня, — говорит, — ходил некоторое время. Наверно, думал, может быть, бомба у меня, что ли. Но так я ему показалась симпатичной, ничего. И я ему говорю: „Что такое ваши люди делают? Как можно Мирского арестовать? Это самый преданный патриот!“» Он выслушал и сказал: «Они будут наказаны. Все будет сделано».
Д.С.: Кто они?
В.П.: Кто?!
Д.С.: ЧК? То есть те, кто брал?
В.П.: Ну да! Вера изложила всю деятельность Мирского, его преданность. Она сказала: «Я абсолютно за него ручаюсь!» А за Верой были уже эти подвиги, что они передавали что-то, в Испанию ездили, какие-то деньги зашивали в подкладке.
Д.С.: Участие в общих делах, да?
В.П.: В общих делах. И в Испанию она ездила, мужа родного загнала в Испанию, хотя он совершенно не рвался, по-моему, в бой. Очень красивый Роберт Трейл. Как же, за общее дело, а сама она в Россию!
Он понял, конечно, что она совершенно ничего не понимает. Говорит: «Ну, расскажите про этого Мирского». Вера подробно рассказала, какой он замечательный, сколько пользы он будет здесь приносить, он будет организовывать какие-то гимназии, замечательный литератор и историк. Тот: «Когда его арестовали?» Вера говорит: «Ну, как же, вот они все…» «Все будет расследовано, не беспокойтесь, — он сказал, — виновные будут наказаны! Не беспокойтесь, все будет хорошо». Теперь она обращается к своему делу и говорит: «Скажите, а как же мне? Почему все здесь получили паспорта, а мне... Я же вот абсолютно... Вы знаете мое отношение к родине, и мне не дают на родине паспорт!» Он ей говорит: «Вера Александровна, поезжайте домой, к матери. Где у вас мать?» Она говорит: «В Париже». — «Поезжайте родить к матери». Она говорит: «Нет, я хочу, чтобы мой ребенок родился на родине, чтобы он был уже рожден в России!» А он опять ей говорит: «Ну, это хорошо, вы потом приедете, но поезжайте лучше. Знаете, с матерью, у нас ведь здесь еще пока…»
Д.С.: Не налажено.
В.П.: «Не налажены роддома. Вы привыкли к совершенно другому». Вера со страшным возмущением отметает эту мысль. Она говорит: «Нет, я хочу остаться в России. Я хочу родить на родине! Мой сын или дочь будет гражданином Советского Союза! Он будет строить уже не социализм, а коммунизм. Я это хочу!» Ежов, конечно, абсолютно сообразив, какой он там бы ни был, что такое Вера, как она ко всему относится, говорит: «Ну, хорошо, ладно, мы подумаем, хорошо. Но я-то бы вам все-таки посоветовал…»
Д.С.: Посоветовал.
В.П.: «Лучше все-таки в Париже. А потом, когда уже и ребенок будет побольше, и вы окрепните, вы вернетесь. Конечно, ваш ум, ваше главное желание помогать нашей стране, быть членом этой страны, гражданство получить, конечно. Я, если вы так хотите, то хорошо…» Значит, записывает паспорт и все: «Как вы хотите, так и будет». Потом он начал расспрашивать ее об отце. Вера говорит: «Отца я люблю как отца, но у нас совершенно разные взгляды, как вы знаете». Он говорит: «Да-да, Александр Иванович как-то с нами не сошелся во взглядах». Да, очень так мило с ней говорит: «Ну и как он, ничего?» Дядя Саша же умер к этому времени, он в 34-м, по-моему, умер. Она говорит: «Конечно, папа не мог этого понять, вы же понимаете?» — «Мы это понимаем, он принадлежит к другому поколению. Как же вот вы так, а как же другие все?» Ну, Вера рассказывает ему обо всем этом поколении, которое жаждет вернуться на родину, и сейчас вот приехали такие-то, и опять заканчивает: «Когда же с Мирским будет?» — «В ближайшее время. Я вам обещаю, все будет сделано! Я вам желаю всего хорошего. Паспорт вы просите, настаиваете, хорошо. С Мирским все будет. Я желаю вам удачи и вашему ребенку», — пожимает ей руку. «Такой довольно маленький он совсем, так у него вот глаза, какой-то у него был затравленный вид немножко». Правда, его скоро потом сняли. «До свидания!» Вера возвращается в гостиницу полной победительницей. Как раз я прихожу к ней. Наверное, все это прослушивалось там. Она рассказывает подробно, как она...
Д.С.: Вот то, что вы сейчас рассказали?
В.П.: Да, то, что я сейчас рассказывала, как Ежов… Ну, подумай, значит, через три дня... Он сказал: «В кратчайшие сроки все будет сделано». Как он хорошо с ней простился, желал ей всего хорошего. В общем, все-таки можно же добиться, и как она добилась, и Мирский будет освобожден, а ее дитя родится в России. Через несколько часов она получает: «Срочно, в двадцать четыре часа покинуть Советский Союз». И она уезжает в каком-то…
Д.С.: Шоке.
В.П.: Некотором шоке, но здесь нет времени даже разобраться. Ежов ее выслал.
Д.С.: Надо сказать, что все-таки…
В.П.: И вот последнее: Вера стоит, мы ее на Белорусском вокзале провожаем, «Рот Фронт!» — она держит вот так руку, в положении…
Д.С.: Что это «Рот Фронт?»
В.П.: «Рот Фронт», ты не знаешь этот сигнал? Вот (показывает).
Д.С.: Вот так?
В.П.: Рот Фронт! Да. Красный Фронт, то есть коммунизм, победа! Она стоит на площадке в тамбуре или на ступеньке стоит, и мы ее провожаем: «Верочка, Вера!» Она держит вот так руку: «Рот Фронт! Мы вернемся!»
Д.С.: Вера Ивановна, все-таки она спасена была таким образом.
В.П.: Он ее спас! Он ее спас!
Д.С.: Поразительно, конечно!
Need research assistance? Let us know

Sending your request you allow us to use your personal information and accept confidentiality policy